2. Житие св. Мефодия

Месяца апреля в шестый день память и житие блаженнаго отца нашего и учителя Мефодия, архиепископа моравскаго.

Благослови отче.

Вступление

I. Бог благий и всемогущий сотворил из небытия в бытие все существующее, видимое и невидимое, и украсил всякою красотою, размышляя над которою, человек лишь отчасти может уразуметь и познать Того, Который сотворил столь многия и дивныя творения. Ибо из величия и красоты произведений составляется понятие и о Творце их, Котораго ангелы воспевают тресвятым гласом и все правоверные славят во Святой Троице, т. е. в Отце и Сыне и Святом Духе, в трех ипостасях, т. е. в лицах, но в едином Божестве. Прежде всякаго времени свыше всякаго понимания Отец родил Сына, по словам Премудрости: прежде всех гор раждает меня. И в Евангелии само Божие Слово, воплотившееся в последния лета нашего ради спасения, сказало, пречистыми устами: Я в Отце и Отец во Мне (Иоан. 14.11). От Того же Отца исходит и Святый Дух, как сказал сам Сын Божиим гласом: Дух истинный, Который от Отца исходит (Иоан. 15.26). Этот Бог создал всякую тварь, как говорит Давид: словом Господа сотворены небеса и духом уст Его все воинство их (Пс. 32.6). Ибо Он сказал—и сделалось; Он повелел—и явилось (Пс. 32.10). Прежде всего Он сотворил человека, взяв от земли глину и вдунув от Себя душу животворящим дуновением, и одарил его разумом и свободною волею, да войдет в рай. И, чтобы испытать его, дал ему заповедь, сказав, что—если сохранит ее, будет безсмертен, если же преступит, смертию умрет по своей воле, а не по Божию велению. Тогда диавол, увидев человека столь почтенным и поощряемым занять то место, с котораго он ниспал чрез свою гордыню, склонил его преступить заповедь, и человек был изгнан из рая и осужден на смерть. С тех пор диавол не преставал учить и разными кознями соблазнять человеческий род. Но Бог по великой милости и любви не оставил окончательно человека, но во все времена и лета избирал мужей, видя добрыя дела и подвиги которых, люди могли бы им уподобляться и стремиться к добру. Таков был Енос, который первый стал призывать имя Господне. За ним Енох, угодив Богу, преставился. Ной оказался праведным в своем роде и спасся от потопа в ковчег, чтобы снова земля исполнилась твари Божией и украсилась. По разделении народов Авраам познал Бога, когда все впали в заблуждение, и назвался другом Божиим, получив обетование: в семени твоем благословятся все народы. Прообразуя Христа, Исаак возведен был на гору в жертву Богу. Иаков погубил идолы тестя (Быт. 35.24) и видел лествицу от земли до неба и ангелов Божиих, восходящих и нисходящих по ней, и, благословляя сыновей своих, пророчествовал о Христе. Иосиф в Египте прокормил людей (во время голода), явившись угодным Богу. Иов авситидийский, человек праведный и непорочный, как пишут книги, претерпев посланное ему искушение, был благословен Господом. Моисей с Аароном в иереях Божиих назвался Богом фараона (Исх. 7.1), навел казнь на египтян и вывел из Египта людей Божиих с помощью светлаго облака днем и огненнаго столпа ночью; разделил море и прошел по суху, потопив египтян; в безводной пустыне напоил людей водою и насытил ангельским хлебом и птицами; говорив лицом к лицу с Богом, насколько возможно человеку говорить с Богом, дал людям закон, Божиим перстом написанный. Иисус Навин разделил людям Божиим обетованную землю, одолев врагов. Судьи также одержали много побед. Самуил, снискав милость Божию, помазал и поставил царя словом Господним. Давид с кротостию управлял народом и научил псалмам. Соломон, всех людей превосходивший от Бога дарованной ему премудростию, оставил много наставлений в притчах, хотя сам и не исполнил их. Илия голодом обличил злобу человеческую; воскресил мертваго отрока; словом низвел огонь с неба, и сжег им жертвы, и избил мерзких жрецов (Ваала); и взошел на небо на огненной колеснице и конях, даровав ученику сугубый дух пророчества. Елисей, получив плащ Илии, сотворил сугубыя чудеса. Прочие пророки каждый в свое время пророчествовали о дивных событиях, которыя должны были произойти. После них великий Иоанн, ходатай между Ветхим Заветом и Новым, был крестителем Христа, свидетельствовал о Нем и проповедал Его живым и мертвым. Святые апостолы Петр и Павел с прочими учениками Христа, подобно молнии, обошли весь мир и осветили всю землю. После них мученики своею кровию омыли скверну, а преемники святых апостолов, крестив императора, многими подвигами и трудами сокрушили язычество. Честный Селиверст с 318-ю отцами при помощи императора Константина, собрав первый никейский собор, победил Ария и проклял его и воздвигнутую им на Святую Троицу ересь, уподобившись Аврааму, который с 318-ю рабами поразил царя еламскаго и принял благословение и хлеб с вином от Мельхиседека, царя салимокаго, ибо он был иерей Бога Вышняго. Григорий Богослов с 150-ю отцами и с императором Феодосием великим в Царьграде подтвердил святой символ, т. е. Верую во единаго Бога. На этом соборе, отлучив от церкви Македония, прокляли его и хульное учение его, которое он говорил против святаго Духа. Целестин и Кирилл с двумя-стами отцов и императором Феодосием малым в Ефесе ниспровергли заблуждения Нестория. Лев и Анатолий с правоверным императором Маркианом с 630 отцами в Халкидоне прокляли безумное заблуждение Евтихия. Вигилий с богоугодным Иустином и с 165 отцами, собрав пятый собор и разсмотрев современныя ему лжеучения, их осудили(1). Агафон и папа римский с 170-ю отцами, с честным императором Константином на шестом соборе пресекли многия смуты и, осудив на изгнание, прокляли Феодора фараньскаго, Севира и Пирона, Кира александрийскаго, Гонория римскаго, Макария антиохийскаго и прочих сообщников их, а христианскую веру, на истине поставив, утвердили(2).

Происхождение Мефодия

II. Вслед за всеми этими милостивый Бог, который желает, чтобы всякий человек был спасен и пришел к познанию истины, в наше время ради народа нашего, о котором никто никогда не позаботился, воздвиг на служение нашего учителя, блаженнаго Мефодия, котораго подвиги и добрыя дела не стыдно сравнить с такими же этих угодников. Ибо одним он был равен, другим уступал немногим, а некоторых превосходил: отличавшихся даром слова подвигами, а подвижников словом. Всем избранникам Божиим уподобляясь, он отражал в себе все их черты, обнаруживая страх Божий, соблюдение заповедей, чистоту плоти, неусыпность молитв, святость, силу и мягкость слова, силу—на врагов, мягкость—на принимающих вразумление, гнев, крепость, милосердие, любовь, страсть и терпение—(одним словом) был все для всех, чтобы все приобрести (1 Коринф. 9.22). И рода был с той и другой стороны не низкаго, а весьма добраго и честнаго, угоднаго Богу и известнаго императору и всей стране солунской, что было видно и по самой его наружности. Поэтому и греки любили его с детства и часто вступали с ним в беседу, а, наконец, и сам император, узнав его редкия способности, дал ему во владение славянское княжество—для того, прибавлю от себя, чтобы он мог изучить все обычаи славянские и мало-по-малу с ними свыкнуться, словно предвидел, что придется послать его учителем славянам и первым их архиепископом.

III. Пробыв на том княжении многие годы, Мефодий видел без конца суету мирской жизни и мрак земных забот оставил для помыслов о небе; не хотел он благочестивую душу осуетить непребывающим вечно и, воспользовавшись удобным временем, оставил княжение и удалился на Олимп(3), где живут святые отцы, и там принял пострижение, облекшись в черныя ризы; и смиренно пребывал в повиновении, вполне соблюдая монашеский устав, прилежно занимаясь книгами.

Мефодий у хазар и в Моравии

IV. В это время император послал брата его философа(4) в Хазарию, а этот взял его к себе в помощники. Были там иудеи, ярые хулители христианской веры. Мефодий не ослушался, сказав: я готов умереть за христианскую веру, отправился вместе и, как раб, служил меньшому брату, оказывая ему полное повиновение. И братья одержали верх над противниками Христа и посрамили их: Мефодий—силою молитвы, Константин—силою слова. По возвращении их император и патриарх, увидев способность Мефодия к подвигам христианской жизни, склоняли его принять посвящение в сан архиепископа, предлагая ему почетное место, где была потребность в таком муже. И только после отказа его поставили его игуменом в монастыре, называемом Полихрон, который был богат средствами и братией: в нем было до 70 отцов(5).

V. В эти дни Ростислав, князь славянский, и Святополк послали послов из Моравии к императору Михаилу с такими словами: Божиею милостью мы здоровы, но пришли к нам учители христианской веры из Италии, Греции и Германии, учат нас различно; а мы, славяне, простые люди, и нет среди нас такого человека, который исправит нам всякую правду. Тогда император Михаил сказал философу Константину: слышишь, философ, в чем дело. Никто другой, кроме тебя, не может его исполнить. А потому даю тебе дары, и, взяв брата своего игумена Мефодия, отправляйся. Ведь вы оба солуняне родом, а солуняне все свободно говорят по-славянски(6).—Не смели братья ослушаться Бога и царя, внимая словам святого апостола Петра: Бога бойтесь, царя чтите. Сознавая величие предстоящаго подвига, братья предались молитве с остальными своими единомышленниками. И явил Бог философу славянския письмена. И, устроив письмена и совершив перевод, он отправился в Моравию, взяв Мефодия. С обычною покорностью Мефодий служил философу и учил вместе с ним. Три года пробыв в Моравии, они отправились в Рим для посвящения учеников своих.

VI. Папа Николай, до котораго дошли слухи о подвигах их, послал за ними, желая их видеть, как ангелов Божиих. Он освятил их учение, положил славянское Евангелие на алтаре святого апостола Петра, а блаженнаго Мефодия посвятил во священника(7). Но было в Риме немало и таких людей, которые порицали славянския книги и говорили, что не следует никакому народу иметь своих букв, кроме евреев, греков и латинян, согласно надписи Пилата на Кресте Господа. Таких папа назвал пилатниками и треязычниками и предал их проклятью. Одному из таких епископов, который был заражен этим недугом, повелел посвятить из учеников Мефодия трех священников и двух чтецов.

VII. Спустя немало времени, философ на смертном одре сказал Мефодию, брату своему: брат, мы были подобны паре волов, пахавших одну борозду; и вот я падаю на лехе, скончав дни свои, а ты так сильно любишь гору (т. е. Олимп); смотри же, не оставляй ради горы своего учения, которым скорее можешь быть спасен.

Мефодий поставляется епископом Паннонии

VIII. В это время Коцел, князь паннонский, послал к папе послов и просил его отпустить к нему Мефодия, блаженнаго учителя нашего. Папа отвечал: не тебе одному только, но и всем странам славянским посылаю его учителем от Бога и святого апостола Петра, первопрестольника и хранителя ключей от царствия небеснаго. И отправил его с таким посланием(8): «Адриан епископ и раб Божий(9) к Ростиславу, Святополку и Коцелу. Слава в вышних Богу, и на земле мир, в человецех благоволение. Слышали мы о ваших духовных подвигах, которых вам желали, молясь о вашем спасении, что воздвиг Господь сердца ваши искать Его и показал вам, что не только верою, но и добрыми делами должно служить Богу. Ибо вера без дел мертва есть; и ошибаются те, которые думают, что знают Бога, а делами от него отпадают; ибо не только у нашего святительскаго престола просили вы учителя, но и у благовернаго императора Михаила, и он послал вам блаженнаго Константина философа с братом, прежде чем мы успели послать кого-либо. Они же, узнав, что области ваши принадлежат апостольскому престолу, против канонов ничего не сделали, но явились к нам с мощами святого Климента. И мы, испытав тройную радость, постановили послать в земли ваши Мефодия, посвятив его с учениками, сына нашего, мужа, исполненнаго разума и правовернаго, чтобы он научил вас, как вы просили, объясняя книги на языке вашем, весь церковный чин вполне и с святою литургией и крещением, как начал это вспомоществуемый благодатию Божией и молитвами святого Климента Константин философ. Так, если и кто другой в состоянии будет достойно и правоверно объяснять их, да будет благословен на это святое дело и самим Богом, и нами, и всей кафолическою и апостольскою церковию, чтобы вы скорее познали заповеди Божии. Один только сохраните обычай: читать на литургии апостол и евангелие сперва по-латыни, а потом по-славянски, чтобы исполнились слова Писания (о том), что все народы восхвалят Господа (Псал. 116. 1); и в другом месте: все возглаголют на различных языках величие Божие, как Дух Святый внушит им отвечать (сравни Деян. 2. 4). Если же кто из избранных вами учителей, падких на слухи и отвращающих от истины к заблуждению, дерзновенно начнет соблазнять вас, порицая книги на языке вашем, такой да будет отлучен и да будет предан суду церкви, пока не исправится. Такие люди суть волки, а не овцы, которых следует знать по плодам их и беречься их. Вы же, возлюбленныя чада, послушайте Божие учение и не отриньте церковное поучение, чтобы пребыть истинными поклонниками Бога, нашего Отца небеснаго со всеми святыми. Аминь». И Коцел принял Мефодия с великою честью и снова послал его к папе вместе с двадцатью почтенными мужами, чтобы посвятил его на епископство в Паннонии, на престол святого апостола Андроника, из числа семидесяти(10). Так это и было.

Немецкое духовенство преследует Мефодия

IX. После этого старый враг, завидующий добру и противник истине, возстановил против Мефодия врага моравскаго короля вместе со всеми епископами, которые обвиняли его, говоря: ты учишь в нашей области.—Отвечал на это Мефодий: если бы я знал, что это ваша область, не вступал бы в ея пределы, но она принадлежит святому Петру. А потому скажу вам правду: если вы из ревности и алчности, вопреки канонам, посягаете на старыя области, возбраняя проповедь Божия учения, то берегитесь, как бы, желая прошибить железную гору костяными теменами, не пролить ваш мозг.—Ему отвечали: не быть добру, когда говоришь так сердито.—Отвечал Мефодий: не стыжусь говорить правду и в присутствии государей. Делайте со мной, что вам угодно. Я не лучше тех, которые за правду положили жизнь после многих мучений.—После того, как долго и много говорили и не могли ему дать ответа, сказал король: не утруждайте моего Мефодия, он вспотел, словно у печи.—Ответил на это Мефодий: да, государь, люди, встретив раз потнаго философа, спросили его: отчего ты вспотел? С грубыми людьми спорил, сказал он.—После этих прений разошлись, а Мефодия заточили в Швабии и держали в заточении два года с половиной(11).

Мефодий архиепископ Моравии

X. Весть о том дошла до папы, и лишь только он узнал это, послал проклятие на врагов Мефодия, да не поют литургии все епископы королевские, пока его держат в заключении; и тогда отпустили его, сказав Коцелу: если будешь держать у себя такого человека, не избавишься нашего осуждения. Но они сами не ушли от святого суда Петрова. Четверо этих епископов умерли(12). Как раз в это время моравляне, поняв, что немецкое духовенство, которое жило у них, питает к ним неприязнь и злоумышляет против них, прогнали их всех и послали сказать папе: так как и прежде отцы наши от святого Петра приняли крещение, то дай нам Мефодия архиепископом и учителем. Тотчас же послал его папа; и князь Святополк со всеми моравлянами принял его и поручил ему все церкви и новопосвященных во всех городах. С того дня начало преуспевать Божие учение, увеличилось число посвящаемых во все города, а язычники веровали в истиннаго Бога, оставляя свои заблуждения. И самая моравская область начала расширяться и побеждать своих врагов, как об этом постоянно разсказывают и сами моравляне.

XI. Был в нем и дар пророчества, и сбывались многия его предсказания, два примера которых мы разскажем. Языческий князь, весьма сильный на берегах Вислы, насмехался над христианами и причинял им вред. Послав к нему, Мефодий сказал: хорошо бы тебе, сын мой, креститься в своей стране и по доброй воле, чтобы не пришлось, попавшись в плен, быть крещеным в чужой стране и против воли, тогда вспомнишь мои слова. Что и случилось.—Другой раз, когда, Святополк вел войну с язычниками и не имел успеха в затянувшейся долгое время борьбе, Мефодий по случаю приближавшагося праздника святого апостола Петра послал сказать князю: если обещаешь в день святого Петра с воинами своими выслушать у меня богослужение, твердо верую—Бог предаст тебе врагов твоих в самом скором времени. Так это и случилось.—Некто другой, один богатый советник князя, женился на свояченице и, несмотря на увещания и наставления и утешения, Мефодию не удалось развести их. Другие же из духовенства, лицемерно себя называющие Божиими рабами, тайно развращали их, льстя им ради богатства их, чтобы потом отлучить от церкви. Видя это, Мефодий сказал: придет время, они не помогут вам, и будете поминать слова мои, но ничего нельзя будет сделать. И Бог оставил их, и внезапно постигла их напасть, и не осталось от них следа, словно от праха, развеяннаго ветром.—И много подобных предсказаний в образе притч исходило из его уст.

XII. Не терпя это, старый враг и завистник человеческому роду вооружил против Мефодия одних явно, других втайне, как Дафана и Авирона против Моисея. Это были страдающие иопаторскою ересью(13), и совращающие на свою сторону с праваго пути слабейших; они говорили: папа нам дал власть, а его велит изгнать вон и с учением его. Собрались тогда, все моравляне и велели прочесть перед ними папское послание, чтобы услышать об изгнании. Все, как это обыкновенно бывает с народом, печалились и скорбели, лишаясь такого пастыря и учителя, кроме слабых, которых увлекал обман, как ветер листья. Прочтя послание папы, нашли, что в нем было написано: брат наш святой Мефодий правоверен, делает дело апостольское, и ему вручены все славянския земли самим Богом и папским престолом, и кого он проклянет, будет проклят, кого посвятит, тот будет свят. Посрамленные этим враги Мефодия со стыдом разошлись, как туман.

Путешествие Мефодия в Царьград

XIII. На этом только не остановилась их злоба; стали говорить: император на него гневается; если попадет ему в руки, не быть ему в живых. Не допуская и этой хулы на раба своего, милосердый Бог вложил в сердце императора мысль—как и всегда сердце царей в руце Божией—послать послание к святому с такими словами: отче честный, сильно желаю тебя видеть. Будь же добр, приди к нам, чтобы мы могли видеть тебя, пока еще ты жив, и слышать твою молитву. Святой тотчас отправился в Царьград, где император принял его с великою почестью и радостью; похвалив его учение, удержал из его учеников священника и диакона, с книгами(14). Исполнив все желая святителя, ни в чем его не ослушавшись, облобызав и щедро одарив, проводил его обратно на его кафедру. Также принял его и патриарх.

XIV. На обратном пути Мефодий кознями диавола испытал многия бедствия, в пустынных местах от разбойников, в море от бури, на реках от непредвиденных мелей, так что сбылись на нем слова апостола: много раз был в путешествиях, в опасностях от разбойников, в опасностях на море, в опасностях на реках, в опасностях между лжебратиями, в труде и изнурении, часто в бдении, голоде и жажде (2 Коринф. 11. 26. 27), и прочих бедствиях, упоминаемых апостолом.

Труды по переводу Священнаго Писания

XV. После этого, удалившись от шума и возложив заботу на Господа, Мефодий посадил из своих учеников двух священников-скорописцев и в скором времени перевел с греческаго языка на славянский все книги Священнаго Писания вполне, кроме Маккавейских, в течение шести месяцев: начав от марта месяца до двадцать шестого дня октября месяца(15). Окончив перевод, воздал достойную хвалу и славу Богу, дарующему такую благодать и успех. И, отслужив вместе с клиром своим литургию, отпраздновал память святого Димитрия(16).—Раньше, вместе с Константином философом, переведены были только Псалтирь, Евангелие и Апостол, и избранныя службы церковныя.—Тогда же Мефодий перевел Номоканон и Патерик(17).

XVI. Прибывший в это время на Дунай король венгерский захотел видеть Мефодия. Несмотря на то, что некоторые говорили и думали, что это свидание грозит ему опасностью, он отправился к нему. Король принял его, как подобает государю, радостно, с почестями и славою. Побеседовав с ним, как надлежало вести беседы таким людям, и с любовью облобызав его, отпустил с великими подарками, сказав: помяни меня, честной отец, в святых твоих молитвах(18).

Последние дни и кончина Мефодия

XVII. Так удалил святой обвинения против себя со всех сторон, заградил уста многоречивых, свершил свой путь, соблюл веру и ожидал праведнаго венца. Таким образом, угодивши Богу, был возлюблен Богом, и близко стало время приять покой от страданий и воздаяние за многие труды. Моравляне обратились тогда к нему с вопросом: кого из учеников своих, честной отец и учитель, желаешь ты видеть преемником своего учения?—И указал им на одного из известных учеников своих, по имени Горазда, говоря: вот свободный человек земли вашей, хорошо знающий латинский язык и правоверный. Буди с ним воля Божия и ваша любовь, как и моя.—Было вербное воскресение; весь народ собрался в этот день в церковь, вошел и Мефодий, хотя и больной, и, преподав присутствовавшим последнее наставление, благословил царя и князя, духовенство и весь народ и в заключение сказал: дети мои, постерегите меня до третьяго дня. Так и было. На разсвете третьяго дня с последними словами: «Господи, в руце твои предаю мою душу» почил на руках иереев в шестой день месяца апреля, в 3-й индикт 6393 года от сотворения мира.

Ученики почившаго разсудили достойным образом воздать ему последнюю честь и, отслужив заупокойную литургию на языках латинском, греческом и славянском, положили его в соборной церкви. Безчисленныя толпы собравшагося народа, мужчины и женщины, старые и малые, богатые и бедные, свободные и рабы, вдовы и сироты, иностранцы и местные жители, больные и здоровые, провожали его со свечами, оплакивая добраго учителя и пастыря, который был все для всех, чтобы все приобрести. Ты же, чтимый святитель, призирая нас своими молитвами, избавь нас, учеников своих, от всякой напасти, распространяя учение, прогоняя ереси, да, живши здесь достойно звания нашего, станем с тобою, твое стадо, одесную Христа Бога нашего, приемля от Него жизнь вечную(19). Тому честь и слава во веки веков. Аминь.