V. Горная промышленность

Первенство, принадлежащее Соединенным Штатам по земледельческому производству, должно быть признано за ними также и по эксплоатации недр земли: их рудное богатство превосходит подобное же богатство всякой другой страны. Золото, серебро, ртуть, медь, свинец, олово, каменный уголь, минеральные масла—по каждому из этих сокровищ Северо-Американский Союз занимает одно из первых мест в свете.

Приатлантические штаты имеют несколько золотых приисков, и до сих пор ещё золотоискатели раскапывают пески аппалахских рек, особенно в Северной Каролине и в Георгии; но самые обильные сокровища находятся в недрах Скалистых гор и Сиерры-Невады,—сокровища, благодаря которым имя «Калифорния» приобрело смысл, аналогичный «Эльдорадо», «Пактол» и «Голконда».

Золото ещё более, чем плодородие почвы и прекрасный климат, способствовало заселению берегов Тихого океана. Большая жила белого кварца или «главная жила», mother lode, которая тянется параллельно оси горной цепи и побережью Калифорнии, и которая с равнин представляется в виде белой стены, произвела те колоссальные сокровища, к которым, в период золотой горячки, стекались толпы золотоискателей со всех концов света. Но в начале набросились не на твердую породу, а на пески. Испанцы издавна уже разработывали некоторые золотоносные местности, placeres, по берегам речек, и открытие, вызвавшее стремительный наплыв золотоискателей, было сделано в грязи, отложившейся в каналах одного лесопильного завода, близ реки Сакраменто. Бывший офицер швейцарской гвардии, капитан Зуттер, который должен был покинуть Францию после революции 1830 года, вдруг стал богачем, и, при первом известии об этой счастливой находке, толпа, вооруженная мотыками и сосудами для промывки золотоносного песку, бросилась к берегам проточных вод. Начался новый период американской истории.

Золотоискатели разбрелись сначала вдоль потоков, спускающихся с Сиерры, разрабатывая песок и гравий, но вскоре открыли, что морены, у подошвы которых текут речки, также содержат самородное золото, в виде зерен, и принялись яростно разрушать эти высокие берега. Так как кирка и лопата оказались недостаточными для этой работы, то стали отводить в сторону ручьи и речки для того, чтобы речные пески были быстрее увлекаемы рядом каскадов, затем, при помощи машин в роде пожарной трубы, начали разбивать стены из гравия: целые боковые грани гор были таким образом разрушены, и физиономия страны совершенно изменилась в некоторых округах. Но, восходя по течению речек к их истокам и по песчаным откосам к первоначальным породам, нужно было приступить к другим, ещё более трудным работам,—разбивать твердую скалу, добираться до богатых жил глубокими галлереями, копать водосточные туннели для осушки рудников. В некоторых долинах ручьи, содержащие блестки золота в своих песках, текут не на поверхности земли; потоки лавы прикрыли их толстым слоем камня и даже изменили самое течение ручья: чтобы распознать истинное направление прежнего русла и положение золотоносных площадей, нужно было рыть шахты в верхнем покрове из эруптивных пород и ощупью пробираться внутри скалы извилистыми подземными галлереями.

Эти обширные и дорого стоющие работы не всегда вознаграждаются успехом; кроме того, легко доступные «золотые поля» уже истощены в большой части или, по крайней мере, не дают более драгоценного металла в количестве, достаточном, чтобы вознаграждать дорого оплачиваемый труд белых рабочих; их оставляют нетребовательным и упорным в труде китайским работникам. В целом, добыча золота в Калифорнии сильно уменьшилась с половины настоящего столетия, и сельские хозяева имеют все причины радоваться этому, ибо разрушение морен, перемещение гравия и песков, увеличенных потоками и отложенных ниже на плодородных землях долин, резко изменили режим рек и сделали всякую культуру невозможной во многих округах: всё собранное золото не представляет, может быть, ценности испорченных земель. В 1852 году, в период наибольшей золотопромышленной деятельности, добыча золота достигла громадного итога в 81.300.000 пиастров (более четырехсот миллионов франков); в настоящее время годовая ценность добычи, колеблющаяся между 75 и 100 миллионами, в четыре или пять раз меньше, чем была в эпоху «золотой горячки». Со времени присоединения Калифорнии (с 1848 г.) до 1890 г. всего добыто золота на тамошних приисках на сумму 1.230.000.000 пиастров, т.е. около 6.600.000.000 франков. Уменьшение добычи было частью уравновешено открытием месторождений драгоценного металла в Новой Мексике, Аризоне, Колорадо, Монтане, Идаго. Общий итог американской добычи золота превышает, в среднем, добычу Австралии, соперничающей страны, и представляет приблизительно треть количества этого металла, получаемого во всём свете.

Добыча золота в 1888 году: в Соединенных Штатах—179.100.000 франк., в Австралии—147.500.000 франк.; во всём свете—540.500.000 франк.

В 1898 г. в Соединен. Штатах было добыто золота на сумму около 64.000.000 дол.

В Соединенных Штатах Калифорнии принадлежит также первое место по добыванию ртути. Тамошние рудники этого металла не имеют такой важности, как Альмаденские, в Испании, и по всей вероятности, они беднее ртутных рудников Квей-Шау, в центре Китая, к югу от реки Янтсекианг. Богатые залежи киновари в приморской сиерре Калифорнии были известны уже в 1824 г., и правильная разработка их началась с 1845 г.; в период с 1850 по 1886 г. общая добыча ртути на американской покатости Тихого океана составляла свыше 50 миллионов килограммов,—более трети всемирной добычи,—и более половины этого металла получается из рудников Нового Альмадена, близ Сан-Хозе.

Добыча ртути в Соедин. Штатах в 1881 г. (самый богатый год)—2.111.529 килограмма.; в 1889 г.—919.121 килограмм.; добыча ртути во всём свете в 1889 г.—3.511.890 килограмм.

В 1898 г. в Соедин. Штатах было добыто ртути 31.092 фляжек (по 76¹/₂ англ, фунта) на сумму 1.188.627 долл.

Месторождения ртути встречаются особенно в береговой цепи, к северу и к югу от бухты Сан-Франциско, в береговых холмах Сан-Луис-Обиспо и Санта-Барбара, и в Неваде, около Стимбот-Спрингс, близ Виргинии. Они всегда залегают в соседстве эруптивных пород.

Добыча серебра сильно возрасла в последние десятилетия. В половине этого столетия и до шестидесятых годов она не превышала 7.500 килограммов в год, представляя ценность около полутора миллионов франков. Затем открытие огромных сокровищ Сиерры-Невады, в округе Вашо, сразу подняло добычу этого металла до 600.000 килограммов, и с того времени размеры этой отрасли горного промысла, поддерживаемой искусственным повышением цены серебра по милости правителей страны, почти учетверились. Правда, торговая ценность белого металла понижалась обратно пропорционально его монетной ценности, увеличенной на целую треть покупками серебряной руды, которые правительство обязано было делать каждогодно, в силу постановлений конгресса.

Добыча серебра в Соединенных Штатах в 1890 г.: 2.200.000 килограммов; торговая ценность—57.225.000 доллар.; ценность монеты—70.465.000 долларов.

Во всемирном производстве серебра доля Соединенных Штатов гораздо больше трети; в 1898 г. в этой стране было добыто серебра—54.438.000 тройск. унций, ценностью (в монете)—70.384.485.000 доллар.

Добыча серебра в 1889 году: Соединенные Штаты—1.683.000 килограм.: Мексика—1.175.000 килограм.; остальные страны—1.379.000 килограм; всего—4.237.000 килограм.; торговая ценность—669.000.000 франк.

Самая богатая известная залежь самородного серебра находится в Комстоке, на восточном скате Сиерры-Невады; жила эта дала, в период времени с 1859 до 1890 г., громадное количество благородного металла, стоимостью в 332 миллиона пиастров (слишком полтора миллиарда франков).

Что касается других имеющих промышленную важность, металлов, каковы медь, свинец, цинк, марганец, никкель, кобальт, железо, то Соединенные Штаты обладают чрезвычайно богатыми, повидимому, неисчерпаемыми залежами всех этих руд; только олово редко: оно встречается лишь в малом количестве в Черных холмах Дакоты, в Калифорнии и в некоторых других штатах. Медные рудники, как известно, разрабатывались уже индейцами до прибытия белых в страну и даже до прибытия оджибуэ и ассинибойнов, которых первые французские путешественники встретили на берегах Верхнего озера; в некоторых местах землекопные работы были доведены до глубины 15 метров в твердой скале. Кованые орудия из меди, добытой из этих рудников, найдены во многих древних могилах в Соединенных Штатах; даже залежи медной руды на Королевском острове (Isle Royale), к которым так труден доступ по бурному озеру, представляют следы долгих рудокопных работ. Медная руда Верхнего озера, извлекаемая, главным образом, на полуострове Кевинау, из вулканических пород, отличается от всех других меденосных формаций своей почти химической чистотой; однажды там нашли глыбу самородной меди весом в 500 тонн (31.000 пудов), для отделения которой от облегающей породы потребовалось пятнадцать месяцев. Один из тамошних рудников доведен до глубины 450 метров.

Как ни важны, однако, рудники Верхнего озера, они превзойдены по годовой ценности производства рудниками Монтаны; Аризона также вносит значительную долю в ту массу меди, которую Соединенные Штаты доставляют на всемирный рынок и которая представляет около двух пятых добываемого во всём свете количества этого металла:

Добыча меди в Монтане в 1888 г.—43.973 тонн; в Мичигане (Верхнее озеро)—38.768 тонн; в Аризоне и других штатах—20.384 тонн; всего в Соедин. Штатах в 1888 г.—103.125 тонн; во всем свете в 1888 г.—225.000 тонн.

Добыча меди в Соединенных Штатах в 1898 г.—526.513.000 англ. фунт.

Свинцовые рудники, после железных,—древнейшие из всех, когда-либо разрабатывавшихся в Соединенных Штатах: французские карты указывают их местонахождение уже в половине прошлого столетия. Дюбюк, оставивший свое имя одному из больших городов Айовы, был одним из первых горнопромышленников страны; колонисты в Сент-Женевьеве употребляли свинцовые кружки в виде меновых денежных знаков, тогда как в Сент-Луисе для этой цели пользовались шкурами пушного зверя. Залежи, разрабатывавшиеся в ту эпоху на обоих берегах верхнего Миссисипи, теперь уже почти истощились; но в новейшее время открыли новые очень богатые месторождения, особенно в южной части штата Миссури, где свинец почти всегда встречается вместе с цинком; ещё большее количество свинца получают при обработке среброносных руд. Доля Соединенных Штатов в мировом производстве свинца и цинка весьма значительна, составляя соответственно около четверти и одной шестой. Добыча этих двух металлов во всём свете в 1889 г. выразилась следующими цифрами:

Свинца—650.009 тонн; цинка—340.000 тонн; из этого числа на долю Соедин. Штатов приходилось: свинца—182.967 тонн; цинка—58.860 тонн.

В 1898 г. в Соедин. Штатах добыто: свинца—222.000 тонн; цинка—115.400 тонн.

Производство железной руды сливается в большой части с металлургической промышленностью, так как руду эту почти всю утилизируют на заводах, построенных в ближайшем соседстве рудников. Более половины огромного количества металла, извлекаемого из недр земли (так, например, в 1888 г. в Соединенных Штатах было добыто железной руды около 12.650.000 тонн), получается из рудников Мичигана и Висконсина, находящихся на берегах Верхнего озера; легко можно было бы увеличить годовую добычу, но дешевизна перевозки составляет первое условие для прибыльного употребления этих тяжеловесных и относительно малоценных материалов; оттого заводы Пенсильвании выписывают большую часть потребной им руды из заморских стран, с острова Кубы, из Испании, с острова Эльбы, из Алжирии.

Обработка этих металлов и все другие промышленные работы Соединенных Штатов, развивающиеся с изумительной быстротой, требуют возрастающего количества топлива; по счастью, американцы, которые уже сожгли добрую часть своих лесов, обладают громадным запасом ископаемого угля, который они изводят очень энергично: на каждую поступающую на рынок тонну угля теряются две тонны в добывании и перевозке. Естественно поэтому, что уже начинают высказываться опасения насчет возможного истощения эксплоатируемых ныне залежей антрацита и каменного угля. Если Соединенные Штаты ещё не первенствуют по производству минерального топлива, то, по крайней мере, по пространству каменноугольных пластов они далеко превосходят не только Великобританию и страны континентальной Европы, но, вероятно, также и Китай, где месторождения угля, ещё не вполне известные, несомненно занимают весьма значительное протяжение. Общую площадь содержащих ископаемое топливо формаций в Соединенных Штатах исчисляют приблизительно в 500.000 квадр. километров,—пространство, почти равное всей французской территории, или тысячной части земной поверхности; что касается содержания угля, то в этом отношении возможны лишь догадки, так как неизвестны в точности число и мощность каменноугольных пластов. Первая копь была основана в Ричмонде, в Виргинии; теперь она почти оставлена, как и все вообще мелкие бассейны Атлантической покатости, находящиеся в меловых формациях; в настоящее время всего деятельнее разрабатываются антрацит и смолистые и полусмолистые угли. В 1880 году общая добыча минерального топлива составляла несколько более 60 миллионов тонн; в 1889 г. она поднялась до 140 миллионов тонн, представляя на месте, в копях, ценность около 160 миллионов долларов или 830 миллионов франков. Пенсильвания одна производит более половины этого громадного количества ископаемого топлива; однако, преобладание её постепенно уменьшается в пользу зааллеганских формаций, а Колорадо выступает соперником её по разработке залежей антрацита. Мичиган также обладает весьма обширным каменноугольным бассейном, но продукты его—посредственного качества.

Добыча ископаемого топлива в Соединенных Штатах в 1898 г.:

Антрацит—47.663.075 тонн; смолистый уголь—166.592.023 тонны.

Минеральное масло (нефть), происхождение которого, вероятно, имеет связь с каменноугольными формациями, также составляет одно из главных богатств Соединенных Штатов. В 1627 г. миссионер Деларош говорит уже об «источнике горной смолы», виденном им к югу от озера Онтарио. Нефтяной источник, от которого получила свое имя пенсильванская речка Ойль-Крик («Масляный ручей»), был хорошо известен ирокезам, и последние, особенно из племени сенека, собирали, как драгоценность, эту маслянистую жидкость, которую они называли «великим лекарством». Масло это вывозилось даже в отдаленные места, и белые платили за него большие деньги, но оно считается утратившим свои целебные свойства с тех пор, как рыночная цена его упала до ничтожной величины. Во время больших национальных праздников обитавшие в соседстве форта Дюкен (ныне Питсбург) ирокезы с торжеством зажигали нефтяной ключ, бивший на дне одного оврага. Только в 1859 году сделано было, близ Титусвиля, в верхнем бассейне речки Ойль-Крик, первое непосредственное бурение для отыскания каменного масла: его открыли только на глубине 21 метра, и выход нефти тотчас же поднялся до 48 гектолитров в день. Это было первое начало промышленности, которая развивалась с изумительной быстротой и сделалась для Соединенных Штатов одним из главных элементов богатства. Принялись копать колодцы сотнями, затем тысячами, сначала в долине Ойль-Крик и в боковых оврагах, потом и в других местностях, где бурения обнаружили присутствие драгоценной жидкости. Неожиданные находки дали сильный толчок спекуляции: некоторые колодцы доставляли по 10.000, даже по 12.000 гектолитров в день. Можно вообразить себе бешеную игру, которой предавались тогда спекулянты на нефтеносные земли, машины, перевозку и все связанные с нефтяным производством виды промышленности: быстрые повышения и понижения цен приносили попеременно обогащение и разорение, пока не установилась монополия в пользу могущественных синдикатов.

Нефтеносная область обнимает, во-первых, знаменитую долину речки Ойль-Крик, длиной около 25 километров, затем берега верхнего течения Аллегени, округ около города Брадфорда, на юго-западной оконечности штата Нью-Йорк, и различные местности северной Пенсильвании, к западу и к югу от Питсбурга. Одна из недавно открытых групп нефтяных источников находится в округе Вашингтон, к юго-западу от Питсбурга: в 1886 г. один из колодцев давал 19.000 литров в час, т.е. более 5 литров в секунду, другой изливал в начале 8 литров в тот же промежуток времени. В поясе антрацита, на восточной стороне Аллеганских гор, не открыто источников минерального масла, но их находят почти во всех каменноугольных областях, в Западной Виргинии, Огайо, Индиане, Кентукки, Колорадо, Калифорнии. Во всех округах нефтяного производства источники бьют из песков, содержащихся в палеозойских формациях, силурийских или девонских. В главной нефтеносной области Пенсильвании площадь минерального масла или, вернее, слои, из которых вытекают жирные вещества, представляют в общем наклон от северо-востока к юго-западу, в том же направлении, как верхний бассейн реки Огайо, но слои эти не обнаруживают непрерывности, и глубина колодцев, около 300 метров в среднем, сильно варьирует; в 150 метрах ниже уровня моря бурения не дали никакого результата, а в иных случаях работы по рытью колодцев были безуспешно доведены до глубины 1.000 метров, или даже, как в Гомвуде, в Аллегенском округе, до глубины 1.407 метров. При том буровой снаряд никогда не встречал двух, лежащих один над другим, резервуаров масла. Геологи знают, в каких вероятных пределах заключены подлежащие исследованию глубокие пласты, но форма внешнего рельефа, с его холмами, долинами и оврагами, не позволила им до сих пор открыть законы распределения нефтеносных пород в недрах земли. Многие спекулянты, в своих поисках новых источников нефти, прибегают к помощи снов или гадательного прутика.

В 1889 году добыча нефти поднялась до 50 слишком миллионов гектолитров, стоимостью, по рыночной цене, в 50 миллионов пиастров, или 260 миллионов франков: это самое большое годовое количество минерального масла, какое когда-либо было почерпнуто из подземных озер с начала правильной эксплоатации в 1859 г.; в этой отрасли горной промышленности Соединенные Штаты имеют одного только соперника—Россию. Сравнительное производство этих двух стран в 1893 году выразилось следующими цифрами: Соединенные Штаты—375.201.000 пуд.; Россия—338.500.000 пуд. Добыча петроля в Соедин. Штатах в 1897 г.: 60.568.081 в 1898 г.: 55.354.233 баррелей (в 42 галлона).

Из этого громадного количества американской нефти около трети, происходящей главным образом из колодцев Огайо, Индианы, Калифорнии, употребляется в виде топлива; остальные две трети, заключающие почти всё масло Пенсильвании, утилизируется для освещения. Большое возрастание производства могло быть достигнуто только расширением подвергаемых бурению земель, так как даваемый колодцами выход продукта уменьшается. Шестьдесят тысяч колодцев Пенсильвании и Нью-Йорка доставляют меньшее количество нефти, чем сколько давали сорок тысяч буровых скважин десять лет тому назад.

Ежедневная добыча минерального масла в Пенсильвании: в 1882 г.—82.338 баррелей, или 128.500 гектолитр.; в 1887 г.—58.846 баррелей, или 88.269 гектолитр.

Нефтедобывающая промышленность Соединенных Штатов ослабевает, и число вновь выкапываемых колодцев год от году сокращается. Некоторые очень обильные источники почти совершенно иссякли менее, чем в десять лет. Осушение подземных бассейнов минерального масла идет тем быстрее, чем более энергические средства употребляют нефтепромышленники для увеличения выхода: так, один фонтан, расширенный посредством подземного взрыва динамита, выбрасывал в первый день целый поток масла, около 200 литров в секунду, но на следующий день он не давал уже и одного литра в ту же единицу времени: месяц спустя он почти совсем иссяк. Этим объясняется быстрое появление и исчезновение городов в роде Пит-Голя: они существуют только пока действуют источники минерального масла, вызвавшие их к жизни. Нефтяная промышленность и торговля дают повод к бешеной спекуляции между соперничающими компаниями, располагающими большими капиталами; компании эти успели даже сделаться независимыми от железных дорог, построив, на протяжении, в сложности, более 20.000 километров, подземные нефтепроводы, несущие минеральное масло к вывозным портам, в Нью-Йорк, Филадельфию, Буффало, Кливленд, Чикаго.

К естественным маслам во многих местах присоединяется ещё другое богатство, заключающееся в недрах земли. Давно уже замечали в различных источниках и речках западной Пенсильвании пузыри водородного газа, лопавшиеся на поверхности воды, но спекулянты не обращали внимания на этот продукт; однако, один фермер утилизировал струю выходящего из выгребной ямы газа для приготовления кленового сахара, а деревня Фредония, в штате Нью-Йорк, освещала улицы натуральным газом. Но когда нефтеискатели принялись зондировать глубины почвы, они не могли не натолкнуться также на источники газа; с 1874 года один завод в долине Аллегени употреблял его для своих металлургических работ; три года спустя, из одной буровой скважины, доведенной до глубины 402 метров, близ Муррейсвиля, к востоку от Питсбурга, вдруг забила струя гремучаго газа, от которого взлетела на воздух мастерская бурения. Целых пять лет этот газ, горевший как маяк, терялся бесполезно в атмосфере; теперь его утилизировали, чтобы провести в различные заводы, железоплавильные, сталелитейные, стеклянные, где он отчасти или вполне заменил каменный уголь. В некоторых случаях, при бурении скважин, буровой снаряд проходил через подземные озера соленой воды прежде, чем встретить резервуары газа. Химический состав этих газообразных водородных соединений разнится, смотря по месту и времени года, но они всегда горят великолепно, без запаха и дыма. Благодаря этому своему свойству, они имеют чрезвычайно важное значение для ассенизации фабричных центров. Никакой промысел не развивался быстрее, чем поиски натурального газа: в 1882 году этого газа было продано на сумму свыше миллиона франков, а четыре года спустя потребление его увеличилось уже в пятьдесят раз; в одном только Питсбурге 470 фабрик и заводов, и 5.000 домов отоплялись и освещались земным газом, и газопроводы в 800 километров общей длины питали город: сбережение угля вследствие употребления этого топлива составляет по малой мере двадцать пять тысяч тонн в день, т.е. десять миллионов тонн в год. Экономия в ручном труде относительно ещё гораздо значительнее, так как один рабочий, регулирующий газовые горелки, легко заменяет десятка три кочегаров или истопников. Но драгоценное вещество быстро улетучивается; внутренние газометры опоражниваются ещё скорее, чем подземные нефтяные озера, и тем более поражает, в прибрежных городах по реке Аллегени, беззаботная расточительность жителей, которые оставляют гореть газ в своих реверберах впродолжении всего дня, чтобы избавить себя от труда снова зажигать их вечером! Добыча натурального газа в Соединенных Штатах в 1888 году, по Джозефу Уикс, составляла приблизительно 11.030.000.000 кубич. метров. В 1898 г. этого газа было добыто на сумму около 14 миллионов 750 т. долларов.

А сколько ещё других сокровищ заключает в себе почва Северо-Американского Союза:—драгоценные камни, соль в Мичигане, Нью-Йорке и Луизиане, руды хрома, платины, боксит (употребляемый для обработки алюминия), фосфаты в Южной Каролине, пластические глины, цементы, гипс, серу, борнокислые соли, колчеданы, ломки камня всякого рода, гранита, порфира, лавы, песчаника и мрамора! Не следует ли также причислить к естественным богатствам минеральные воды, столь обильные в Аллеганских и Скалистых горах, и ледяные покровы озер и рек? Совокупность производства рудников, копей, салин и каменоломен представляет каждогодно громадный итог, около трех миллиардов, и прибыли сосредоточиваются в руках соединившихся в синдикаты капиталистов, которые сокращают число своих заведений, увеличивая в то же время размеры производства. Некоторые горные промыслы, между прочим, добывание соли, совершенно монополизированы. Эксплоатация подпочвы в Соединенных Штатах в 1887 г. дала 542.284.225 доллар., или около 2.900.000.000 франков, а в 1898 г.—слишком 697 миллион. доллар.