Нижняя Калифорния, Сонора, Синалоа

Область Мексики, наиболее удаленная от столицы и наиболее обособленная по своему географическому положению, вместе с тем и в политическом отношении имеет наименее важное значение; она служит, так сказать, только барьером, длиной около 1.200 километров, впереди мексиканской территории: это Нижняя Калифорния. При своем редком населении, едва превышающем 40.000 душ (в 1895 г.), не имеющая других ресурссов, кроме рудников, солончаков и рыбных промыслов, Нижняя Калифорния не была даже признана достойной быть возведенной в ранг штата и остается на степени территории, принадлежащей совокупности республики. Оттого северо-американцы часто переходили границу полуострова, чтобы эксплоатировать там залежи руды или соли, которые им не были уступлены. Уже издавна было известно, что по всему западному побережью, вдоль залива Себастиана Визкайно, тянутся обширные естественные салины; но бассейны соляных испарений столь многочисленны по всему Мексиканскому побережью и внутри материка, что испанцы и не подумали утилизировать эти обширные углубления Калифорнийского побережья покрытые эффлоресценцией соли. В 1884 г. мексиканские исследователи, заехавши в одну из таких бухт, называемую, по имени соседнего ключа, Охо де-Льебре, или «Источник Зайца», с удивлением открыли там остатки большого завода для эксплоатации соли, устроенного американскими промышленниками: амбаркадеры, амбары, железные дороги, подвижной состав из вагонеток занимали там пространство более 6 километров. Очевидно, предприятие было организовано в обширных размерах и давало занятие большому числу рабочих, а между тем мексиканское правительство и не подозревало о существовании его, может-быть, по причине отдаленного положения полуострова и недостатка местного населения, а может-быть, и это вернее всего, вследствие нерадивости или продажности чиновников.

Половина калифорнийского населения сгруппировалась на южной оконечности полуострова и главным образом по соседству с заливом Ла-Пац. Главный город Калифорнии, Ла-Пац, построенный иезуитами миссионерами, расположен в русле безводного потока, на южном берегу бухты, защищенной с восточной стороны скалистым мысом Пичилинге: пышная зелень окружающих его садов составляет резкий контраст с суровыми скалами и песчаниками, покрывающими почти всё побережье полуострова. К югу от города Ла-Пац извивается хорошо содержимая дорога, окаймленная папелотами или нориями (гидравлическая машина для орошения полей); она проложена между фруктовыми садами, виноградниками, кофейными и другими плантациями и ведет к лежащему на океанской покатости цветущему селу Тодос Сантос (Всесвятское), вокруг которого культивируют в особенности сахарный тростник; небольшая долина Тодос Сантос орошается речкою, которая не пересыхает круглый год,—явление довольно редкое в Мексиканской Калифорнии. Таким образом город Ла-Пац представляет собою центр земледельческой промышленности; однако, главное богатство этого округа заключается в золотых и серебряных рудниках. В былое время они приносили гораздо больше дохода, и когда край находился под владычеством иезуитов, ежемесячная добыча исчислялась в несколько миллионов; говорят, что наиболее богатые минные галлереи были засыпаны в 1767 г., во время изгнания миссионеров, и что с тех пор индейцы строго хранили секрет. Как бы то ни было, некоторые рудники, между прочим, рудники Сан-Антонио, к югу от Ла-Паца, и до сих пор очень богаты залежами золота: ежегодно его добывают там на 12 миллионов франков. Кроме того, к северо-западу от Ла-Паца, в Маркесе, разработывают ртутный рудник, доставлявший прежде индейцам полуострова киноварь для раскрашивания тела в праздничные дни или в дни сражений: обменною торговлею этот минеральный продукт доходил до самого Орегона. Наконец, Ла-Пац есть средоточие ловли жемчуга, производимой в Калифорнийском заливе. Подводные скалы мыса Пичилинге покрыты жемчужными раковинами, которых индейцы якуи вылавливают со дна; кораллы произростают целыми лесами в проливах, разделяющих острова от материка, и, по Ксантусу. там добывают также до девятнадцати различных сортов губок, впрочем, довольно грубой ткани. Доходность этих ловель, как и минеральных богатств, год от году падает; но всё же, в среднем, она выражается довольно крупною цифрою в 250.000 франков: вывезенный за границу, этот жемчуг из Ла-Паца, скупаемый европейскими торговцами, которые продают его в Нью-Йорке, представляет гораздо более значительную сумму. Все эти естественные богатства, а также обладание прекрасною обширною бухтою и надежными якорными стоянками давали повод предсказывать столице Калифорнии блестящую будущность; но её возделанный округ, кажущийся пышным в этом спаленном краю, не в состоянии доставлять Ла-Пацу элементы самостоятельной торговли: город этот может развиваться только как приморский складочный пункт.

Лорето, расположенный, как и Ла-Пац, на берегу Багряного моря, приблизительно в 250 километрах от столицы, был прежде духовной метрополией Нижней Калифорнии: здесь миссионер иезуит Сальватьерра основал, в 1697 г., первую укрепленную станцию, откуда совершались экспедиции внутрь страны для освобождения пленных, которых затем обращали в христианскую веру и превращали в верных прихожан. Лорето, которому Багряное море обязано было своим временным названием Мар-Лауретинео или «Море Лоретское», служит и поныне религиозным центром, куда стекаются богомольцы со всех концов полуострова; даже индейцы приходят сюда издалека, чтобы выкупаться в лужах, питаемых водой ojo caliente, т.е. «кипящего родника». Недалеко от Лорето, у западной подошвы горы «Исполина», находится селение Комонду, в котором маленький отряд мексиканских солдат выдержал четырехмесячную осаду против американцев, далеко превосходивших его численностью. Эта деревня, как и все деревни полуострова, старой постройки, в архитектурном отношении мало отличается от селений индейцев зуньи и пуэблосов, в Новой Мексике: это громадный четырехугольный дом, окруженный рвом и без наружных отверстий; по лестнице, приставленной к стене, взбираются в первый этаж, отступающий на несколько метров от подвального, а по второй лестнице поднимаются на самый верх, откуда уже по трапам и другим лестницам спускаются во внутренние покои и во двор.

В последнее время в некоторых местечках, прежде совершенно пустынных, даже необитаемых, начинает развиваться торговая деятельность. Так, поселок Мулеже, расположенный в сотне километров на северо-запад от Лорето, на берегу залива Санта-Иньес, стал довольно оживленным с тех пор, как во внутренних долинах открыли месторождения золота. На берегу океана, в прежнее время совершенно заброшенном, многие порты, которые были известны только китоловам, теперь посещаются некоторыми коммерческими судами, так как близость больших американских рынков, Сан-Франциско, Лос-Анжелес, Сан-Диего, вызвала основание в этих местах колоний рыболовов, земледельцев, солепромышленников, искателей лакмусового ягеля. В прежнее время в этих водах охотились на морских выдр, но ныне эти животные здесь уже не водятся. Недалеко от границы Соединенных Штатов, одна бухта, называемая, как и село южного округа, Тодос-Сантос, представляет отличную якорную стоянку для каботажных судов. Порт Сан-Бартоломе, открывающийся с другой стороны мыса Сан-Эуженио, тоже часто посещается судами; но лучшей гаванью на всём побережье является порт Санта-Магдалена, входный канал которого имеет фарватер глубиною более 30 метров; громадный внутренний бассейн мог бы вмещать целые флоты.

Штат Сонора, лежащий против северной части полуострова, тоже очень мало населен: занимая пространство, равное двум пятым территории Франции, весь этот штат имеет жителей не более, чем город Лилль или Тулуза; быть-может, даже набеги апачей имели следствием уменьшение населения с половины этого века. В 1859 г. случайным властелином Соноры сделался некий авантюрист, Рауссет-Бульбон, который вторгся в страну с шайкою французских рудокопов из Калифорнии. Культурные поясы, где поселились цивилизованные индейцы и метисы, тянутся только по дну долин: каждый город, каждое поселение окружено поясом орошаемой земли: это своего рода оазисы, из которых иные соединены узкою каймою земли в одну длинную полосу. Само название страны, опатского происхождения, указывает на важное значение источников в этом краю: оно происходит не от испанского Nuestra Senora, «Богородица», как бездоказательно утверждали раньше, а от названия одной скотной фермы, Сонораци, т.е. «Место источников».

Между сонорийскими городами ближе всего к границе Соединенных Штатов находится Магдалена, или Санта-Магдалена, расположенная на верхнем притоке рио де-ла-Асунсион: во время ежегодных ярмарок всё окрестное население, белое и красное, американское и мексиканское, располагается в её долине временным лагерем. Всего плотнее населены берега реки Соноры. Главным городом в земле индейцев племени опата считается Ариспе, расположенный в высокой долине и бывший прежде столицею этого штата; Урес, отнявший у него впоследствии административное первенство, находится уже собственно вне Сиерры-Мадре, при выходе узких ущелий; наконец, Эрмосильо—прежде Питик или «Слияние»,—самый многолюдный город во всей Соноре, стоит в месте впадения в реку Сонору её притока Кукурпе, водами которых и пользуется для своих садов, полей и плантаций сахарного тростника. Округ Эрмосильо производит много пшеницы и, по словам местных жителей, по урожайности её не имеет себе конкуррентов на всём земном шаре. Однако, важное значение Эрмосильо приобрел не земледельческою промышленностью. Город этот вдруг стал быстро рости в середине этого столетия, вследствие открытия в его окрестностях рудных месторождений. Здесь находится монетный двор, на котором в течение двадцати лет, с 1867 г. по 1888 г., было отчеканено, преимущественно серебряных монет, на сумму 66 миллионов франков. На юго-восточной стороне города возвышается знаменитый холм, серро-де-ла-Кампана или «Гора Колокол», порфировые плитняки которой при ударе издают серебристый звук. В этой местности, именно в лас-Тринчерас, около Алтара, были найдены разные древние надписи и кое-какие доисторические развалины; Банделье высказывает предположение, что туземцы не имели храмов и свои священные церемонии совершали на открытом воздухе.

В высоких долинах бассейна реки Якуи, менее населенного, чем бассейн рио-Соноры, находится несколько промышленных местечек, каковы Опосура и Сахуарипа, в которых индейцы занимаются главным образом выделкой одеял и бумажных тканей. Опосура, бывшая столица опатов, недавно приняла название Моктезума, данное ей в память прежних владетелей этой местности. Впрочем, в соседних горах ещё существуют многочисленные развалины, которые свидетельствуют о прежнем важном значении этой страны, теперь почти совсем пустынной. Естественные и удобные проходы, открывающиеся в этой части главной горной цепи, позволяли иммигрантам без труда переходить с одного склона на другой. Среди индейского населения этой области очень распространен buche, т.е. зоб, поражающий преимущественно женщин.

Штат владеет на берегу реки Колорадо небольшим портом, в городе Лердо, расположенном около архипелага низких островов, где индейцы племени кокопа собирают одно хлебное растение (uniola palmeri), ещё недавно совершенно неизвестное ботаникам. Морской порт Гуаймас, лежащий гораздо южнее, получил свое название от одного индейского племени семьи пима, теперь уже не существующего; первый город лежит в двенадцати километрах на северо-восток, на берегу реки Эстеро-дель-Ранчо, которая теперь стала слишком мелка для нынешних судов. Гуаймас—одна из лучших гаваней Мексики, и в стране, более населенной и более богатой, он несомненно приобрел бы важное экономическое значение; но вся прибрежная зона обретается ещё в некультурном состоянии. Порт открывается между суровыми голыми горами, словно кратер вулкана; из скал на несколько миль в окружности не пробивается ни одного растеньица, не просачивается ни одной капли воды; кое-какие кустарники, виднеющиеся в самом городе, не погибают только потому, что растут на земле, вывезенной из Соединенных Штатов; орошаются они солоноватой водой, извлекаемой из глубоких колодцев. Несмотря на это, Гуаймас, как превосходная якорная стоянка, привлекает большое и всё возрастающее число судов; железная дорога соединяет его с Эрмосильо, с его рудниками и хлебными полями, а через Аризону и со всей сетью железных дорог Соединенных Штатов. Гуаймасские купцы вывозят морскую соль, а отчасти также гуано, собираемое на острове Паток, или «Утином», голой скале, лежащей несколько севернее большого острова Тибурон или «Акулы». Обороты внешней торговли Гуаймаса в 1886 г. составляли около 5.756.000 франков. Высокая долина реки Майо может доставлять тысячами тонн превосходный антрацит.

Около южной оконечности штата Соноры находится рудный город Аламос, или город «Тополей», который имеет немаловажное значение в промышленности страны; там, как и в Эрмосильо, имеется свой монетный двор, на котором каждый год чеканят монет на 9—10 миллионов франков. Аламос лежит уже в бассейне реки Фуерте, названной так от древнего форта Эль-Фуерте или Монтес-Кларос, защищавшего береговую дорогу против индейцев племен майо и якуи; впоследствии он сделался цветущим городком. Естественным портом для Аламоса и Фуерте служит гавань Ажиабампо, откуда вывозят красильное дерево и серебро в руде и слитках; в эту гавань, впрочем, могут входить только небольшие суда, потому что во время морского отлива на баре уровень воды не превышает 3¹/₂ метров. Что касается бывшего индейского городка Синалоа, от которого происходит и название самого штата, то он обладает прекрасной глубокой и хорошо защищенною бухтой Сан-Карлос, которая сообщается с морем проливом Тополобампо, куда могут входить морские суда с осадкой до 5 метров. Северо-американцы основали недавно на берегу этого пролива, в Кармен-Сити, филантропическую и вместе с тем спекулятивную колонию, которая, впрочем, не особенно процветает.

Кулиакан, нынешняя столица штата Синалоа,—один из древних городов Мексики; в 1531 г., спустя десять лет после перестройки Мексико, он уже был основан, близ Гуэ-Колхуакана, или «Города Змей», одного из этапов нахуатльского эмиграционного движения; здесь испанцы организовали все свои экспедиции для открытий и завоеваний, предпринимавшиеся в северном направлении. Кулиакан расположен на реке такого же имени, в цветущей равнине, окруженной полукругом гор; железная дорога, в шестьдесят километров протяжения, соединяет город с его портом Альтата или «Морской Берег», устроенным в глубокой лагуне, защищенной от волн длинной песчаной косой. Кулиакан находится вне самого производительного горного района этого штата, но он служит вывозным портом для золотой и серебряной руды Синалоа. С 1846 г. по 1888 г. Кулиаканский монетный двор вычеканил золота и серебра на 205 миллионов.

В южном Синалоа значительным городом, а вместе с тем и самым деятельным портом на всём западном берегу Мексики, является город Мазатлан: его индейское название означает «страну оленей», и один из островков, возвышающихся на небольшом расстоянии от берега, носит название Венадо, имеющее то же значение; раскопки, предпринятые в аллювиальных землях окрестностей города, привели к открытию оленьих рогов, а также стрел, топоров и других оружий и инструментов из камня. Мазатлан не может сравниться с Гуаймасом или с Акапулко в отношении торговых преимуществ: его рейд открыт всем ветрам и, чтобы избегнуть северо-западного ветра, особенно опасного в этих водах, суда вынуждены оставаться на рейде под напором волн, идущих с юга или юго-запада. Но Мазатлан имеет большое значение в торговых сношениях с северо-американской Калифорнией, благодаря своему выгодному положению на одной широте с мысом Сан-Лукас, который приходится огибать судам; таким образом, для судов, идущих из Сан-Франциско, Мазатлан является самою близкою гаванью на Мексиканской территории. Пакетботы также избрали его своею главною пристанью. Обширная привозная торговля вызвала основание в Мазатлане разнообразных промышленных заведений, как-то: прядилен, литейных и лесопильных заводов, сапожных мастерских. Значительная часть городского населения состоит из иностранцев. В шестидесяти километрах по прямому направлению к юго-востоку от Мазатлана находится небольшое местечко Чаметла,—по-нахуатльски «Хижины»,—которое первые испанские мореплаватели пробовали утилизировать, ещё задолго до Мазатлана, в качестве одного из своих портов на берегу Великого океана: отсюда, в 1535 г., Кортес отправился со своей экспедицией исследовать Багряное море.

Торговля Мазатлана: движение внешнего судоходства, в 1887 г.: 83 судна, вместимостью 94.670 тонн. Обороты заграничной торговли в 1886 г.: 40.436.000 франков.

Город Розарио, расположенный на рио-де-Чаметла, был также предшественником Мазатлана по внешней торговле Северо-Западной Мексики.

Главные города и исторические местечки Нижней Калифорнии и западного склона Сиерры-Мадре, с цифрой их муниципального населения:

Нижняя Калифорния. Ла-Пац—6.000 жит.; Сан-Антонио—4.000 жит.

Сонора. Эрмосильо—8.000 жит.; Урес—5.000 жит.; Аламос—6.000 жит.; Гуаймас—5.000 жит.

Синалоа. Кулиакан—8.000 жит.; Мазатлан—13.000 жит.; Синалоа—3.000 жит.; Эль-Фуерте—9.000 жит.