III. Доминикания или Санто-Доминго

Республика Санто-Доминго представляет в своей истории менее драматического единства, чем та часть острова, которая принадлежит неграм, говорящим на французском языке. Она приобрела свою независимость гораздо позже, и до 1809 г. в пределах Санто-Доминго оставался французский гарнизон. Затем вторглись англичане, а после них—испанцы. Восстание против метрополии произошло только в 1821 г., но уже под колумбийским знаменем; однако, Боливар, которому домингцы и гаитийцы послали рекрутов и деньги, находился слишком далеко и настолько был стеснен испанцами, что не имел возможности придти, в свою очередь, на помощь антильской республике, так что эта последняя должна была соединиться с Гаити в одно государство. С 1844 г. она возвратила себе автономию, но эта автономия была слишком непрочна, и ей не раз угрожала то Франция, то Испания и Северо-Американские Соединенные Штаты.

При взгляде на карту, может показаться, что главный город республики Санто-Доминго должен находиться на берегу одного из заливов-двойников—де-Неиба или де-Окоа, которые открываются в центре южного побережья; здесь именно находится лучшее место на берегу, где оканчивается низменность, западную оконечность которой занимает Порт-о-Пренс, и долина реки Неиба, естественный путь к западному морю через бассейн Артибонита. Но война часто опустошала эту мархию между двумя половинами острова, французской и испанской, и заселение края не могло состояться. По побережью были раскинуты только небольшие селения и деревушки, и лишь в недавнее время Барахона, расположенная у выхода дороги из Порт-о-Пренса, приобрела некоторое значение. Главный город этого округа, Азуа, построен в здоровой местности, на террасе, в десяти километрах к северу от бухты Окоа. В 1504 г. Диего Колоном был основан несколько южнее город под названием Компостелла, но землетрясение разрушило его, и тогда его отстроили на реке Виа, на нынешнем его месте. Земледелие в провинции Азуа составляет лишь побочное занятие жителей; главным же образом там развита эксплоатация каменной соли и солончаков, затем источников горной смолы и минеральных вод, что обещает стране великое будущее; скотоводство также занимает здесь не последнее место: рогатый скот и лошади пасутся в обширных саваннах верхней Неибы и верхнего Артибонита, и главным образом около городов Баника и Сан-Жуан-де-Магуана, который сохранил название бывшего гаитийского королевства. В Сан-Жуане Шомбурк открыл замечательнейшие предметы до-колумбийской цивилизации, между прочим круг из гранитных глыб, в котором предполагали изображение змеи, кусающей себе хвост, т.е. символ вечности.

Санто-Доминго, столица, давшая свое имя всей республике,—древнейший из существующих ещё городов, построенных европейцами на почве Нового Света. Она сменила в 1596 г. пост Нативидад, учрежденный Христофором Колумбом, на бухте Каракаль, в северо-западной части острова. Построенная сначала на левом берегу Озамы Варфоломеем Колумбом, она была перенесена вскоре после того на другой берег реки: соседство золотых рудников доставило Санто-Доминго привилегированное положение притягательного центра и политического средоточия страны, хотя быстрое истребление аборигенов и заставило временно приостановить работы по эксплоатации руд, но впоследствии они были возобновлены при участии рабочих-рабов. К сожалению, порт столицы, отделенный от моря баром р. Озамы, может принимать суда только небольшой осадки: все приходящие суда принадлежат к иностранному флоту.

Годовая ценность внешней торговли в Санто-Доминго, в среднем, около 12.000.000 франков. Город, окруженный ещё испанскими укреплениями, доминируемый куполами и колокольнями церквей, представляет очень красивое зрелище; подобно Гаванне, он претендует на обладание останками Колумба, будто бы, покоящимися в его грандиозном кафедральном соборе: во время оффициального перенесения праха в 1781 г. останки Христофора Колумба, говорят, были заменены останками Диего Колона. Одно из предместий населено почти исключительно эмигрантами с Канарского архипелага, которых насчитывают около одной тысячи. Вокруг столицы ютится множество небольших городков—Сан-Карлос, Розарио, Пахарито, Сан-Лоренцо, и дороги, из которых одна даже железная, идут по разным направлениям внутрь страны, соединяя с Санто-Доминго рудники и плантации. На западе, Бени, Сан-Кристобаль, с многочисленными дачами,—главные города провинции; на востоке простираются лесные пространства и саванны, среди которых расположены города Лос-Льянос, Ато-Майор, Санта-Круц-дель-Сеибо, Сальвалеон-де-Игуэй, входящие в состав автономной провинции Сеибо. Суровые сеибаносы, восточные пастухи, держали французов в осаде в Санто-Доминго в первые годы этого столетия. Плантаторы французского происхождения, поселившиеся в окрестностях города, рассеялись внутри страны, где они ещё и в настоящее время составляют класс аристократии. Больше всего их в Сан-Кристобале, названном так его основателем Христофором Колумбом.

По ту сторону гор, ограничивающих Сеибо, округ Самана занимает северо-восточный угол острова. Чудесная бухта Самана, конфигурация которой дает почти точную копию рельефа полуострова, настолько обширна, что может вместить в себе целые флоты, и отлично приспособлена для защиты против внешних нападений. Стрелка Икако, на южном берегу бухты Самана, вблизи бухты де-ла-Гина, далеко выступает в море, доходя почти до островков, расположенных близ берега у северного входа. Внутрь бухты ведут два канала: главный из них имеет не более 1.500 метров ширины, а второй настолько узок, что парусные суда могут ходить по нём не иначе, как с помощью лоцманов. Военная держава могла бы устроить на бухте Самана сильные укрепления и совершенно загородить эти порты внутренних вод, воздвигнув форты на рифах; кроме того, по соседству она имела бы богатые угольные копи, ещё до сих пор эксплоатируемые весьма мало.

В середине ХVIII-го века губернатор Санто-Доминго получил приказ соорудить в Самана военные укрепления и основать под их охраной торговый город. Он немедленно же приступил к работам и выписал несколько сотен канариотов, которые водворились на пляже Санта-Барбара; но эта маленькая колония оказалась слишком ничтожною для того, чтобы привлечь торговлю к Самана, представлявшему собою совершенную пустыню. В лучшее время своего процветания французские плантаторы распространили свои владения до берега бухты, и при Луи-Филиппе с Доминиканской республикой велись переговоры об уступке полуострова Самана Франции. В 1869 г. за эту мысль ухватилось также правительство Соединенных Штатов и предлагало республике ежегодно 750.000 франков за право устроить в бухте Самана морскую станцию; затем одна американская компания выхлопотала себе привилегию на торговую монополию и право на политическую власть в этой части Доминиканской территории, и три расположенные у входа острова, Паскаль, Алевантадо и Арона, были отданы в аренду флоту Соединенных Штатов, в качестве морских станций. К счастью для независимости республики Санто-Доминго, спекулятивные планы северо-американской компании не удались, и она в скором времени распалась; а вместе с тем прекратился и протекторат Соединенных Штатов.

Находящийся на оконечности полуострова порт де-лас-Флечас, или «Стрел», названный так от первой стычки, которую Колумб имел здесь с туземцами, теперь почти совсем заброшен и заменен портом Санта-Барбара, который известен также под названием Самана, как и самый полуостров. Он недоступен для судов, имеющих более 3-х метров осадки; но всё-таки это не помешало образоваться здесь небольшой торговой колонии, состоящей из разных иностранцев—северо-американцев, англичан, итальянцев. Негры, эмигрировавшие из Соединенных Штатов, поселились, в 1824 г., в С. Барбара, где до сих пор живут их потомки, говорящие всегда на английском языке и исповедывающие веслеянскую религию; редко случается, чтобы кто-нибудь из этих негров женился на женщине испанского языка. К западу от полуострова Самана, берега реки Язики тоже большею честью обработываются неграми северо-американского происхождения; они были ввезены в страну флоридским плантатором Кинслеем, который придумал для своей невольничьей колонии сложный план постепенного освобождения. Но, едва высадившись на остров, негры сами себя освободили и, выбрав земли, принялись культивировать их за свой собственный счет. Kinsley boys, «Кинслеевы парни», как их обыкновенно называют, сделались в этом округе очень многочисленными и слывут самыми деятельными и благоденствующими земледельцами: их плантации сахарного тростника и рощи какаовых деревьев не имеют, как говорят, себе подобных на всём острове, как по внешней красоте, так и по обилию продуктов. В этих округах охотятся ещё на дикую свинью, происходящую от свиней, выпущенных Колумбом. Жемчужный промысел, которым некогда туземцы занимались около Сабана-ла-Мар, в Сан-Лоренцо, теперь заброшен.

Бассейн реки Юны, покатый с запада на восток к бухте Самана, и по которому в настоящее время проходит железная дорога, представляет самую богатую местность на всём острове, которая одна могла бы прокормить больше народа, чем его есть в обеих республиках: это знаменитая Вега, или «Кампанья», которая дала свое имя Консепсиону-де-ла-Вега, её главному городу. К числу городов равнины принадлежат также: Мока, Котуи, Сан-Франциско-де-Макорис, значение которых как культурных центров быстро возрастает. Сант-Яго-де-лос-Кабальерос, лежащий в той же равнине, но близ раздельного порога, на том склоне, по которому текут воды Якуи, данника бухты Манзанильо,—тоже административный центр провинции; это положение между двумя бассейнами, на поперечной оси, соединяющей Санто-Доминго с Пуэрто-Плата, доставило ему первое место среди других городов острова по количеству населения и ценности оборотов торговли: это центр табачной культуры и фабрикации сигар, которые отсюда вывозятся в Гамбург. Его порт на Атлантическом океане, Пуэрто-Плата, не может похвалиться своим рейдом, который часто подвергается волнению от северных ветров; но обилие продуктов, которые доставляются сюда из провинций Ла-Вега и Сант-Яго, привлекает массу судов в эту плохо защищенную гавань; она заменила порт Изабеллу, основанный Колумбом с целью сделать из него столицу Нового Света. Движение на рейде Пуэрто-Платы, в 1889 г., по приходу и отходу: 1.221 судно, вместимостью в 94.380 тонн. Ценность торговых оборотов в 1889 г.: 5.850.000 франков.

Порт Монте-Кристи, расположенный на оконечности одноименной с ним горной цепи, к северу от устьев Якуи, почти не имеет торгового движения. С этой стороны пограничная зона между Гаити и республикой Санто-Доминго представляет почти пустынную местность. В горах, возвышающихся к югу от Ла-Вега, путешественник Эггерс открыл недавно жилые деревни, о самом существовании которых не было даже известно в Санто-Доминго: они занимают круглые долины, обставленные со всех сторон крутыми горами.

Доминикания находится на пути быстрого прогресса, благодаря большому проценту рождаемости, продолжительному миру, царившему во всём государстве в последние годы, и значительной иммиграции с густонаселенных островов Ямайки и Порто-Рико. В большей части документов, относящихся к Санто-Доминго, численность населения показана в 300.000 человек, но оффициальное исчисление, сделанное в 1888 г., подняло её до 610.000 человек, и можно допустить, что эта цифра не преувеличена, так как рождаемость значительно превосходит смертность: нередко бывало, что первая в три раза превосходила вторую. Жители Санто-Доминго в огромном большинстве смешанной расы, так как скрещивания начались ещё в конце XV века, и в этом смешении европейский элемент представлен гораздо сильнее, чем на Гаити: он ещё возрастает год от году, благодаря иммиграции, и, по всей вероятности, будет постепенно видоизменять также населения франко-африканской республики, так как сношения с одной стороны границы на другую становятся всё более и более оживленными.

Санто-Доминго представляет собою не столь исключительно земледельческую страну, как Гаити. Восточная республика заключает в себе эксплоатируемые металлоносные жилы, между прочим, золотые и серебряные рудники, в которых завоеватели погубили на работе всё туземное население острова; она обладает также обширными саваннами, естественными пастбищами, на которых домингцы могли бы разводить столько лошадей и рогатого скота, что их хватило бы для всех Антильских островов. Первое место в земледелии Санто-Доминго занимает культура сахарного тростника, в которой здесь не видят, как в Гаити, живого символа невольничьего режима; растение это утилизируют не только для фабрикации тафии, но также для производства сахара и сахарного песка. Производство сахарного тростника в Санто-Доминго в 1887 г.: 18.683 тонны сахару; 21.939 тонн патоки. В истории Санто-Доминго сохранились имена Педро д’Эсенсиа (или д’Атенса), который в 1506 г. первый привез сюда сахарный тростник с Канарских островов, и двух плантаторов, Баллестро и Велосо, которые первые распространили в стране этот тростник. Кофе составляет крупную статью вывоза, как и в западной республике, а культура табака значительно увеличилась в последние годы под наблюдением кубанских плантаторов, главным образом на сиерре, называемой по роду её продуктов—Табако: это—группа холмов из красного гравия, отделяющихся от гор Сибао, между реками Гурабо и Кана, притоками реки Якуи. Вывоз табаку из Доминикании в 1898 г.: 7.535 тонн.

Расширение собственно земледельческой культуры уменьшило в такой же мере эксплоатацию лесов, в которых рубят красное и красильное деревья. В силу закона, изданного в 1876 г., свободные земли распределены небольшими участками между гражданами и эмигрантами-колонистами, которые обязываются на известных условиях обработывать их.

Внешняя торговля Санто-Доминго, по размерам стоящая гораздо ниже, чем в Гаити, производится главным образом с Соединенными Штатами и складами на датском острове св. Фомы.

Ценность заграничной торговли Доминикании в 1898 г.: ввоз—1.696.280 доллар. золотом; вывоз—5.789.997 доллар.

Движение торгового обмена значительно усилилось со времени проведения железных дорог: первая линия, проложенная от Ла-Вега к бухте Самана, на протяжении 116 километров, оказала уже значительную услугу по вывозу домингских товаров. Телеграфная сеть тянется от одного моря до другого, захватывая значительнейшие города государства (длина её в 1897 г. 690 километр.) Число открытых и закрытых писем, и других отправлений по почте составляло в 1897 г. 628.000. Около 300 школ посещались в 1890 году, с 10.000 учащихся.

Конституция, действующая в Доминикании с 1844 г., т.е. с той эпохи, когда эта республика отделилась от Гаити, много раз подвергалась изменениям, а впродолжении двух лет во время испанского нашествия даже совсем была приостановлена. По последнему учредительному акту, изданному в 1880 г., законодательная власть принадлежит национальному конгрессу, состоящему из народных представителей, выбираемых ограниченным голосованием на два года, по два от каждой провинции или округа. Президент республики избирается тоже народным голосованием и управляет страною при содействии совета шести министров, заведующих каждый отдельною частью. Каждая провинция имеет свое автономное законодательное собрание, но представителем центрального правительства является там губернатор, назначаемый президентом. Так же точно общины и кантоны имеют свои выборные учреждения. Католичество по-прежнему есть государственная религия, но и другие вероисповедания не воспрещены. Доминикания имеет свое небольшое войско в несколько тысяч человек, сильно обременяющее государственный бюджет, составлявший в 1897 году около 8.375.000 франков; главный источник доходов дают таможенные пошлины, которые, впрочем, отданы на откуп одному финансовому обществу. Государственный долг равняется (1897 г.) 121 миллиону франк.

Территория республики состоит из пяти провинций и пяти приморских округов, указанных в нижеследующей таблице, вместе с количеством их общин и численностью населения, а также числом жителей их главных городов: