V. „Острова под ветром“—От острова Орчилья до острова Аруба

Эти, так называемые, «Подветренные» острова, продолжающие сначала в западном, а затем в северо-западном направлении островную цепь, начинающуюся на востоке островом Бланкилья, следуют один за другим по очень правильной кривой, параллельно морскому берегу Венецуэлы, и даже ориентированы точно также, как берег соседнего материка. Это—выступающие над водой вершины подводного кряжа, принадлежащего к системе Андов, подобно Маргарите, но поднимающиеся на гораздо меньшую высоту над уровнем моря. Доминирующий пик на острове Орчилья имеет всего только 124 метра высоты, а Санкт-Кристофель, самая высокая гора острова Курасао и всей цепи, не превышает 365 метров. Но горизонтальные размеры этих островов во многих местах увеличены работою полипов; архипелаг Лос-Рокес, опирающийся, на юго-востоке, на скалу в 45 метров высоты, представляет собою одно из таких плато, коралловые массивы которого, там и сям образующие выступы над поверхностью воды, расположены в виде кольца, как атоллы Индийского океана. Острова Авес—тоже кораллового происхождения. Западная земля, Аруба, состоит из сиенитового и гранитного ядра, большею частию разрушенного, обломки которого образовали почву острова, окаймленного широкой полосой кораллового известняка.

Восточные островки и надводные камни, Орчилья, Лос-Рокес, Лос-Авес, бесплодные и необитаемые, служащие лишь убежищем для рыбаков, маячных сторожей и часто для потерпевших крушение, были оставлены во владении Венецуэлы, тогда как три западные острова: Буэн-Айре, Курасао, Аруба, сравнительно обширные и годные для культуры, были отняты у Испании и у её естественной наследницы, Венецуэльской республики. Курасао был открыт уже в 1499 году Охедой, который назвал его «Островом гигантов»; испанские колонисты поселились там в шестнадцатом веке, но в 1632 году островом завладели голландцы и оставались хозяевами архипелага до войн империи, эпохи, когда он временно был занят англичанами, которые в 1814 году возвратили его Нидерландам. Эта маленькая колониальная область, значительно уступающая по численности населения Антильским «островам на ветре», считается, однако, её владельцами весьма важною, благодаря глубокой и хорошо защищенной гавани на южном берегу Курасао. Порт этот служит голландцам складочным местом напротив Маракаибо, как англичанам—Испанский-Порт против устьев Ориноко. Во время завоевания острова Курасао нидерландскими купцами, на нём проживало ещё племя индейцев, в числе около пятисот человек, которые, как говорят, последовали за испанцами, при переселении их на материк.

Город, сделавшийся главным пунктом батавского архипелага, расположен на восточном берегу порта, часто называемого его прежним испанским именем Санта-Анна, Что касается города, Виллемстада, как он именуется в оффициальных документах, то он более известен под названием Курасао, которым обозначается и весь остров. Построенные голландцами, дома Виллемстада имеют архитектурный стиль, сходный со стилем домов Амстердама, насколько возможно было его сохранить, применяясь к образу жизни, предписываемому тропическим климатом. Пролив, отделяющий город от его западного предместья, называемого Overzijde, или Otrabanda (т.е. лежащий на другом берегу), и площади болотистых вод, разветвляющиеся внутри его, также придают Виллемстаду вид нидерландского города. Повсюду видны лодки, купеческие суда и пакетботы вдоль набережных, и военные корабли—в Шоттегате, глубокой лагуне, которою оканчивается гавань с северной стороны. Плавучий мост соединяет город с предместьем, невдалеке от двух фортов, защищающих вход в бассейн: канал, глубиною от 13 до 20 метров, дает доступ судам самой большой осадки.

На Курасао, также как и на Буэн-Айре или Бонайре, встречаются большие бесплодные пространства; однако, некоторые долины, плодородные от природы, или удобренные вековым трудом, доставляют торговле сахар, табак, съестные припасы, плоды, овощи и скот. Негоцианты Виллемстада вывозят также известковый фосфат, выламываемый на Малом Курасао, скалистом островке, соседнем с Буэн-Айре, семена дерева dividivi, служащие для дубления кож, и значительное количество соли, которая ещё недавно получалась исключительно путем естественного испарения, но кристаллизацию которой теперь ускоряют искусственными средствами. Местная торговля не играет, впрочем, главной роли в торговой деятельности колонии: Виллемстад обязан своим цветущим состоянием в особенности своему выгодному положению, как аванпорт соседнего континента. Колумбийские и венецуэльские судовладельцы заказывают или покупают здесь свои гоэлеты, набирают экипаж, занимают деньги, нужные для их операций. Еврейские и христианские банкиры Курасао—одни из главных кредиторов испано-американских предприятий. Этот голландский остров, подобно Тринидаду, часто служил убежищем и очагом интриг изгнанникам и заговорщикам соседних республик. Виллемстад, коммерческий и финансовый центр, представляет собой столицу и с точки зрения лингвистической, так как франкский язык этих земель, papamiento или papimiento, в котором смешаны диалекты испанский, голландский, английский, старое наречие аруба и гоахире, распространен здесь больше, чем где-либо в других местах; в нём встречаются даже португальские слова, что трудно объяснить, так как португальцы никогда не плавали в здешних водах.

Крайний западный остров архипелага, Аруба или Оруба, прежде называвшийся Азуа, по имени одного весьма распространенного на нём кустарника, есть наилучше возделанный из трех голландских островов, хотя он терпит недостаток в воде, для добывания которой приходится пользоваться цистернами, или вырывать в песке колодцы, уровень воды в которых изменяется в зависимости от прилива. Остров этот редко посещается путешественниками, а между тем он самый интересный во всей этой группе, по своим древностям; здесь находят много глиняной посуды, каменных изделий и петроглифов индейского происхождения. Сосуды почти все украшены фигурками, представляющими головы лягушки или совы; что касается петроглифов, раскрашенных в различные цвета, но без резьбы, то они мало чем отличаются от подобных же остатков старины, открытых во многих местах на материке. Индейцы острова, все смешанной крови, сохранили от своего прежнего наречия только некоторые формулы заклинания и медицинские рецепты. Ещё не так давно они помещали тела умерших в конические сосуды, пригнув голову покойника к коленям, привязав руки к туловищу, и погребали эти огромные урны под курганами. Испанские завоеватели нашли на Арубе многолюдный и богатый драгоценными металлами город, что подало повод к странной, очевидно ошибочной, этимологии имени Аруба, которое производили от восклицания: Oro hubo!—«тут было золото!». Теперь в горных породах острова встречаются лишь слабые следы благородного металла. По мнению геолога Мартена, Аруба, из всех «Островов под ветром» последнею отделилась от континента: на этом острове водятся ещё виды животных, исчезнувшие уже на Буэн-Айре и Курасао, именно одна крупная порода попугая, лягушка и гремучая змея. В последнее время, говорят, констатировано постепенное поднятие берегов этого острова.